«Я называю свою партнерку сестрой»

23 мая 2017 г. Проекты, Права человека, События, Общество

Согласно исследованию, ЛБК-женщины в Казахстане испытывают трудности при обращении в ЗАГС, при общении с полицейскими и в медицинском сервисе. 45 процентов женщин при этом утверждают, что почти ничего не знают о своих правах.

Томирис Жолдасова

19 мая Казахстанская феминистская инициатива «Феминита» презентовала предварительный отчет о соблюдении прав лесбиянок, бисексуальных и квир-женщин в Казахстане в рамках исследования «Оценка потребностей ЛБК-женщин в Казахстане».

Цель исследования — выявление «портрета» различных сообществ лесбиянок, бисексуальных и квир-женщин в Казахстане и определение их социальных правовых, экономических и политических потребностей. На основании результатов этой работы исследовательницы намерены разработать программу по удовлетворению выявленных потребностей.

«Сегодня Казахстан позиционирует себя как государство, в котором ценятся демократические устои, права человека и права женщины в том числе, однако гражданские активисты говорят о другом, исходя из жизненных фактов и личного опыта. Многие представители ЛГБТ-групп, в том числе ЛБК-женщины, вынуждены, скрывать свои чувства и терпеть нарушения личных прав, скрывая своих любимых женщин под видом сестер, теть и подруг», — отмечает автор исследования Жанар Секербаева

По словам Секербаевой, гомосексуальность в Казахстане была декриминализирована в 1998 году, однако общественное мнение продолжает оставаться категорично гомофобным и трансфобным.

Одной из причин она называет влияние СМИ, которые освещают темы гендерной идентичности с негативной стороны или используя лексику нетерпимости, тем самым усиливая резкое отношение к группам, которые определяют себя как ЛГБТ-группы.

Как было сказано ранее, целевой группой данного исследования стали ЛБК-женщины (ЛБК – лесбиянки, бисексуалки, квир-женщины — авт.) В исследовании не принимали участие женщины-трансгендеры, так как исследовании этой группы уже проводилось активистами трансгендерной инициативы.

В исследовании приняли участие 228 женщин в 16 городах Казахстана. Рабочая группа, состоявшая из 4 активисток рассказала, с какими трудностями они столкнулись, изучая целевую группу.

«Очень сложно было найти определенный уровень доверия. Некоторые спрашивали, не с ФСБ ли я, путая казахстанские и российские силовые структуры. Некоторые респондентки меня опрашивали целый час, только потом позволяли опросить их. Это дает понимание, почему у нас 228 анкет, а не 1000 или больше. Были определенные вызовы. В Семипалатинске, например, мы еле дождались одного человека», — рассказали исследовательницы.

Сложнее всего было изучать сообщества в Южно-Казахстанской области. Закрытость фокус-группы в данной области исследовательницы связывали с прессингом, который постоянно ощущается со стороны традиционалистов. Зато в других местах, например, в поселке Аксай Западно-Казахстанской области, рабочую группу ждали с нетерпением, несмотря на не меньший уровень традиционализма.

Исследование содержало два метода сбора информации: количественный и качественный.

«Феминистская методология выступает за качественный анализ данных. Это — интервью, в которых женщины рассказывают свои истории, в которых наконец общество слышит их голоса, не взирая на их ориентацию. Но наши методы сбора информации не конфликтуют, а лишь дополняют друг друга», — говорит Жанар Секербаева.

Возраст участниц в основном составил от 19 до 25 лет, но были и исключения: в исследовании захотели принять участие 4 девушки, в возрасте от 16 до 18 лет.

По национальности 50 % респонденток были казашки, 33 % — русские, 5% — татарки, 4 % — метиски, 3 % — кореянки, 1 % — украинки, 3 % — представительницы других национальностей. Следует отметить, что исследование проводилось среди не только русскоговорящих представительниц группы, но и казахоговорящих.

«Во время общения с девушками, которые говорят на казахском языке, появляются свои барьеры. Часто это связано с тем, что в казахском языке отсутствуют некоторые термины. Одни называют лебиянок — «лесби», а другие — «лесбиян-әйел». Это связано с тем, что в казахоговорящем сообществе нет правильных образовательных статей. Именно таких материалов, которые не стигматизировали бы ЛГБТ-группы. Из-за трудностей перевода участницы переходили на русский язык», — рассказали авторы.

На вопрос «Определите ваш уровень прав», 45 % информанток ответили, что знают мало; 27 % — знают достаточно; 18 % — знают, куда обратиться при нарушении прав; 4 % — занимаются правозащитной деятельностью; 3 % информанток ответили, что не знают ничего.

Жанар Секербаева считает, что ЛБК-женщины не видят нарушений своих прав, потому что даже понятие «дискриминация женщин» в казахстанском законодательстве еще не определено.

«Мы не можем им дать распечатанную версию любого закона, чтобы рассказать про нарушения. Сейчас их интерпретируют по-разному. В Казахстане, женщины подвергаются двойной дискриминации, не только потому что они ЛБК, но и потому что они женщины», — говорит она.

Интересными оказались ответы на вопрос «Какие государственные структуры являются для вас труднодоступными из-за вашей сексуальной ориентации?». 33 % участниц ответили, что не испытывают трудностей/дискриминации во время взаимодействия с госорганами; 17 % отметили труднодоступность услуг ЗАГСА; 12 % указали на полицейских; 7 % сталкивались с трудностями в медучреждениях, 5 % отметили учебные заведения; респондентки также отметили акиматы и органы трудоустройства.

ЛБК-женщины указали на три основных вида сервиса, в которых нуждаются. Это: грамотная психологическая поддержка, информационно-ресурсный центр, сервис в медицинских учреждениях.

Качественные данные были получены через метод интервьюирования. Интервью было полуструктурированное: респондентки могли уйти от главной темы, организаторы не ограничивали их. Это делалось для того, чтобы каждая женщина могла высказаться и поделиться своими переживаниями.

В одном из пунктов исследовательницы просили рассказать участниц о самых значимых моментах в их жизни, подразумевая момент осознания сексуальной ориентации. Многих этот вопрос смущал, потому что они не знали, что такое значимые моменты в жизни.

По словам Секербаевой, некоторые в ответ рассказывали об опыте в садике, травматических воспоминаниях, связанных с насилием, общении с полицейскими, успехи в спорте. Все эти истории расшифрованы и будут доступны в книге, которую авторы планируют выпустить осенью 2017 года. Книга будет доступна в печатном и электронном вариантах, на казахском, русском и английском языках.

«Мы трепетно расспрашивали о моментах осознания своей сексуальной ориентации.

Мы понимаем, что сексуальность — это не монолитный блок. Сексуальность подвижна. Мы старались спрашивать их про настоящее время. Если 10 лет назад она была гетеросексуальной, то какая она сейчас», — поделилась команда.

«Многие респондентки были примерно нашего возраста. В наше время не было интернета, чтобы узнать про свою сексуальность, многие искали отражение в литературе, и даже в ней не могли найти себя. Именно этим женщинам сложнее всего сделать каминг-аут, самоопределиться. А некоторым сложно разобраться со своей ориентацией, потому что они состоят в гетеросексуальном браке и имеют детей», — рассказали авторки.

В связи с этим, одной из специфических потребностей ЛБК-женщин оказалась потребность в открытых информационных встречах для родственников ЛБК-женщин, на которых нужно заниматься гендерным образованием и учить их принимать своих дочерей, сестер и так далее.

Предварительный отчет содержит также сведения об образовании, о зарегистрированной половой принадлежности при рождении, о фактах насилия и так далее. Данные пройдут окончательную обработку до осени 2017 года, когда феминистки презентуют полный отчет и книгу.

Исследование «Оценка потребностей ЛБК-женщин в Казахстане» проводится при поддержке СОС-Нидерланды и программы малых грантов Посольства США.

Другие новости и события