«Иди давай, раз отпускаем!» — С чего начался #qazaqkoktemi

16 марта 2020 г. Общество

В конце февраля движения Oyan, Qazaqstan, Respublika, «Партия Көше» («Уличная партия»), запрещенное в Казахстане ДВК, а также «Демократическая партия Казахстана» после смерти гражданского активиста Дулата Агадила в столичном следственном изоляторе анонсировали митинг в нескольких городах Казахстана. Превентивные задержания активистов начались задолго до назначенной даты и продолжились 1 марта. Некоторых задерживали при выходе из дома. Площадь Республики в городе Алматы была вся оцеплена и огорожена металлическими барьерами, было ограничено движение транспорта, перекрыты дороги и заглушена связь — это все создавало неудобства гражданам и делало невозможным проведение митинга.

Позже, заместитель министра внутренних дел Марат Кожаев сообщил, что активистов не забирают из дома в день митингов. Но на странице Oyan, Qazaqstan есть видео, как участника движения Бауыржана Сабитова забирают во дворе дома за 2 часа до начала митинга, а другая участница движения Асем Жапишева рассказывает о слежке ночью около дома. О том, что за ними следили уже с вечера 29 февраля говорят и другие активисты.

Как задерживали активистов 1 марта, что они сами думают об этом, и что говорят правозащитники — читайте в материале Молодежной информационной службы Казахстана. 

Фариза Оспан

Даная Калиева, гражданская активистка, блогер

29 февраля весь день и всю ночь за мной безосновательно следили — безосновательно, потому что я не нахожусь в розыске. Накануне я перекрасила волосы: была блондинкой, стала шатенкой. Поэтому утром полицейские упустили меня из виду. Я быстро села в такси и поехала на место митинга. В 11:07 я уже была на площади Республики, митинг должен был начаться в 12:00, надела жилет и включила камеру телефона. Передо мной по указке Абулхаира Жунисбека задержали Асель Жанабаеву, вслед за ней и меня. Никто не представился, не дали мне объяснить, что как блогер имею право снимать происходящее. Привезли в РУВД Наурызбайского района. Оттуда на гражданской машине меня силой забрали те самые оперативники, которые следили за мной у дома, и привезли в департамент полиции города. Телефон у меня еще в автозаке отобрали, затем передали его оперативникам, а они следователю. Только спустя примерно 2 часа мне дали позвонить адвокату. Как выяснилось позже, она приехала сразу, но не могла зайти, так как не пускали. Не дождавшись адвоката, я все же посмотрела на вопросы, которые они хотели мне задать — все они касались ДВК. Я проходила свидетельницей по 405 статье «Организация и участие в деятельности общественного или религиозного объединения либо иной организации после решения суда о запрете их деятельности или ликвидации в связи с осуществлением ими экстремизма или терроризма». К ДВК я никакого отношения не имею, поэтому ответила на все отрицательно. Протокол изъятия мобильного не оформляли, протокола о задержании тоже не было. Меня задержали в 12:47, а из департамента полиции вышла уже после 18.00.

Бэлла Орынбетова, Respublika

Митинг в Астане проходил возле памятника Абаю. Активисты ДВК стояли возле Акимата. Я не писала у себя на страницах в социальных сетях о том, что выхожу на митинг, знала, что если размещу — меня сразу из дома заберут. И 29 февраля мы с соратниками не ночевали у себя дома, на место митинга пришли обходными путями. Видели как СОБР (специальный отряд быстрого реагирования) вместе с активистами забирали и журналистов. Из-за того, что не было интернета, мы не смогли написать в социальные сети, что пришли к месту проведения и ждем остальных. Некоторые просто не дошли, потому что их задержали еще возле дома или по дороге. Один из активистов движения Айсултан Жакупов приехал специально на митинг из Караганды. Мы простояли максимум 10 минут, не успели развернуть плакаты, как нас начали забирать. Задерживали грубо — хватали, не представлялись, не говорили куда везут и зачем, я даже не успела посмотреть по сторонам, передать свои данные кому-то из журналистов. А в автозаке мы ехали не в первый раз, поэтому вели себя спокойно, в РУВД нас держали 6-7 часов, допрашивали в отдельных кабинетах, забрали телефоны. Говорили, что будет суд в этот же день, но вечером просто отпустили, протоколы о задержании не дали, сказали: «Иди давай, раз отпускаем!».

Айгуль Нурболатова, видеооператор

Меня задержали вместе с активистами из Oyan, Qazaqstan в 11:50 у кофейни Angel-in-us на Бектурова. Я фиксировала все на камеру, сперва увезли около 30 активистов, затем ко мне подошел человек в форме и сказал, что я не журналист и только притворяюсь им. Силой затолкали в автозак ко второй партии задержанных, где находилось 13 человек и отвезли в Турксибский РУВД. У нас у всех изъяли телефоны и каждого допросили. Позже я узнала, что все 28 задержанных в Турксибском РУВД проходят как свидетели по уголовному делу с правом на защиту по ч.2 ст. 405 УК РК. Отпустили меня только спустя семь часов.

В соответствие со ст. 20 закона о СМИ журналист имеет право «присутствовать по предъявлению удостоверения журналиста в районе стихийных бедствий, на митингах и демонстрациях, а также при иных формах выражения общественных, групповых и личных интересов и протеста». Также п.1 ст. 158 УК РК гласит, что воспрепятствование законной профессиональной деятельности журналиста «наказывается штрафом в размере до 100 месячных расчетных показателей либо исправительными работами в том же размере, либо привлечением к общественным работам на срок до 120 часов, либо арестом на срок до 45 суток».

Фариза Оспан, Oyan, Qazaqstan

Мы только вышли из кофейни Angel-in-us на Бектурова, было 11:50. Не успели даже сделать двух шагов, как нас задержали. Никто не представился, не объяснил куда нас везут и зачем — было страшно. Привезли в РУВД Медеуского района, сказали по двое выходить из автозака. Без протокола об изъятии мы не хотели отдавать телефоны, поэтому их забирали силой. В знак протеста засунула свой сотовый в нижнее белье. Два сотрудника, увидев это, схватили меня и отвели в маленькую вонючую комнату без видеокамер. Подумала в тот момент, что в этой комнате может произойти все, что угодно. Я забилась в угол, пока мужчина держал мои руки, женщина вытаскивала телефон из трусов.

Вместе со мной задержали и двух журналистов, они были в жилетах и со служебными удостоверениями. По закону без протокола о задержании никого не имеют права держать на участке больше 3 часов. Мы это знали и ровно в 3 часа дня вышли во двор и начали требовать нас отпустить. Подошли СОБР и встали напротив. Им приказали завести нас обратно в кабинеты. Я помню их равнодушные лица, они не видели в нас людей, им только нужно было исполнить приказ, неважно, пострадает ли кто-то. Мне вырывали волосы, у меня еще несколько дней болели руки, воду за все время дали всего один раз, отпустили лишь к 7 вечера. У меня и у активистов Алии Касеновой, Бауржана Адильханова, Айдоса Темиргалиева незаконно забрали удостоверения личности, сказав, что отдадут в суде. Не был составлен протокол об изъятии, отсутствовали понятые, не велась видеофиксация, а это согласно ч.1 ст. 494 Кодекса об административных нарушениях влечет предупреждение или штраф в размере 5 МРП.

Нас четверых обвиняют в нарушении части первой 667 статьи КоАП «Неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника правоохранительного органа». 1 марта следователь сказал прийти в специализированный межрайонный административный суд города Алматы 3 марта в 10 утра, но, когда мы пришли туда, нам ответили, что материалы еще не собраны и суд переносится.

2 марта Алия Касенова написала заявление в прокуратуру по поводу незаконного задержания. Через несколько дней пришел ответ — в действиях правоохранительных органов не нашли ничего противозаконного. Я тоже написала заявление по поводу изъятия документов, его приняли, но до сих пор не ответили.

Маржан Аспандиярова, правозащитница

Можно сказать, что это была кража людей, потому что человеку не вручается повестка, не разъясняются основания задержания, не озвучиваются права при задержании, никто не представляется. Это дискредитирует государство.  Уже с утра 1 марта начали поступать сведения о задержанных, и где-то в 11 часов я поехала в Департамент полиции Медеуского района. После того, как мы с адвокатом Аминой Тургуновой прождали там полтора часа, с большим трудом удалось выяснить, что людей увезли в департамент полиции города по улице Масанчи. Там уже стояли сторонники задержанных ребят, они же составляли списки. Как только человек попадает в департамент полиции, у него изымают телефон и он теряет связь с миром, поэтому собрать конкретные данные почти невозможно. Адвокат Амина Тургунова не могла на протяжении двух часов зайти внутрь, чтобы оказать задержанным правовую помощь. Ни одно должностное лицо не вышло к людям и не дало необходимой информации, а ведь сколько людей потеряли связь с родными и близкими. Людей, задержанных около 11 часов утра и раньше, начали отпускать лишь к 18:00 вечера. В отношении ни одного из этих граждан на тот момент не было возбуждено административного или уголовного дела, так что оснований их задерживать не было никаких. Понятно, что полиция выполняет политический заказ. Задержанным задавались вопросы о ДВК, но, насколько мне известно, никто из них не связан с этим движением. Были задержаны и десятки людей из «Партии Көше», в отношении них применяются более жесткие меры: нескольких активистов привлекли к административной ответственности, были аресты на 7, 10 и 15 суток. 

Правозащитник, директор Казахстанского бюро по правам человека Евгений Жовтис прокомментировал данную ситуацию на своей странице в Facebook:

«Утром и ближе к обеду возле своих домов или по дороге к месту проведения предполагаемых митингов или возле этих мест задержаны несколько десятков человек, во всех случаях без составления протоколов (их в отношении некоторых активистов составляют уже в отделах полиции). Во всех случаях адвокатов не допускали к задержанным, хотя фактическое задержание считается с момента, когда лицо не может действовать по своей воле, независимо от его процессуального статуса. Во всех случаях полицейские отказывались сообщать о том, кто задержан, где содержится, и родственникам, и адвокатам и выполняющим проект нашего Бюро по правам человека Маржан Аспандияровой и Ерлану Калиеву. Полиция практически «забаррикадировалась» в отделах и вообще отказывалась с кем-либо общаться.

После 17.00 некоторых задержанных стали потихоньку выпускать, без всякого оформления, делая вид, что задержание на три часа и больше это обычная практика, и граждане должны быть счастливы, что их в конце концов отпустили, хотя есть либо законное задержание с ответственностью задержанных за какое-то правонарушение, либо незаконное задержание с ответственностью полицейских. Другого варианта нет по закону, а по жизни наша полиция и действует по этому второму варианту».

Читайте также: 

Кто представляет интересы молодых людей в государстве? 
По результатам исследования, Казахстан на 121 месте из 123 по количеству людей до 40 лет в Парламенте.

Год молодежи в Казахстане 
Стал ли он годом, когда студентов заставляли ставить на аватарки в соцсетях логотип госпрограммы, или же молодежь действительно стала жить лучше?

Будьте в курсе всех наших новостей, подписывайтесь на наш Instagram.

Фото на главной: vlast.kz

Следите за нами в интернете

Другие новости и события